Тихий нал громких людей, конверт обнал как правильно заниматься.

Тихий нал громких людей

В судорожном поиске средств для пополнения бюджета государство ужесточает контроль за теми налоговыми сборами, на которые раньше смотрело сквозь пальцы: ЦБ чуть ли не каждую неделю лишает очередной крупный банк лицензии за теневые операции.

Весной этого года генерал Сугробов из ГУЭБиПК объявил войну «банковским черным обнальщикам», обрушив крупнейшего из них — «Мастер-Банк». Но и Сугробов на многое сознательно закрывал глаза. Практика рассказывает о том, как устроен рынок обналички через платежные терминалы и почему компанию QIWI обвиняют в руководстве всей системой.

Большинство деталей бизнеса и расстановка сил на этом специфическом рынке раскрывается перед публикой впервые по одной простой причине: не многие вообще способны выйти из дела, руку на котором держат силовики. Другие же просто не хотят лишаться выгоды. Денис Душнов был заметной фигурой в терминальном бизнесе, выступал агентом крупнейшей платежной системы в России — QIWI, но захотел большего, и за свою самостоятельность был наказан. Он отсидел полтора года в СИЗО, освободился, потеряв абсолютно все, и теперь готов сдать свою «крышу», показав обществу всю черную сторону «терминального» рынка с точки зрения непосредственного игрока.

Как возникает рынок

У коммерсанта есть достаточно причин получать или платить зарплату «в конверте»: это могут быть и большие налоги, и высокая арендная ставка, и необходимость оплачивать труд нелегальных мигрантов, и даже просто неофициальные услуги. Так и возникает необходимость в наличных. Но деньги нельзя взять из ниоткуда, компании нужно вывести их со своего счета в обход налогового сбора — тут-то и возникает потребность в третьем лице. Весь обмен «безнала» на «нал» работает через покупку несуществующей услуги, налог за которую меньше, чем налоги для компании за зарплаты сотрудникам. К примеру, кафе покупает у «третьего лица» (фирмы обнальщика) ежедневную уборку помещений. На самом деле никакой уборки не будет, но кафе расплачивается за неё безналично. Пачки же наличных обнальщик потом отдает директору кафе буквально в пакете. Вот и весь бизнес, оборот которого составляет более пяти миллиардов рублей в день.

Главная проблема для обнальщика кроется в том, откуда достать сами бумажные купюры, не засветившись при этом перед налоговой, правоохранительными органами или Центральным банком. Помимо источников в виде заведений и магазинов, в принципе работающих в черную и не имеющих кассовых аппаратов, этот рынок в основном использовал обнальные схемы банков, с выводом средств через офшоры. Тут-то в начале 2000-х годов на сцену российского «обнального» рынка и выходит уличный автомат для приема микроплатежей — платёжный терминал.

Как забирают ваши наличные

«Когда любая бабушка кладет через терминал деньги на телефон, она отдает деньги не «Билайну» и не платёжной системе, наклейки которой висят на автомате, — чаще всего бабушка кидает деньги какому-то засранцу-терминальщику, который завтра может оказаться на Канарах с этими деньгами, и никаких гарантий против этого нет. Ни один закон, ни одна правовая система никак не регламентирует здесь подстраховку. Если банки, грубо говоря, хоть как-то «зашорены», — есть принудительные возвраты вкладов, государственное страхование и тому подобное, — то в случае возникновения каких-либо проблем с платежами здесь гарантии нет ни на что, пускай даже на эти жалкие 500 рублей, — рассказывает Денис Душнов, некогда владевший сетью из пяти тысяч терминалов по всей стране.

Действительно, такой уличный автомат — один из самых удобных для «обналички» источников купюр, ведь ежедневно в ящики терминалов, стоящих, как и уличные ларьки, в самых проходных и хлебных местах, горожане бросают сотни тысяч и миллионы рублей. Вопреки распространённому мнению, самим ящиком терминала в большинстве случаев владеет и распоряжается вовсе не оператор сотовой связи или платёжная система, а совершенно другой человек — бизнесмен-«терминальщик». Им может стать любой индивидуальный предприниматель с «железом» — корпусом терминала, в который помещается обыкновенный компьютер с мышкой и клавиатурой и автомат для приема банкнот. После этого нужно найти платежную систему, подписать с ней договор и пользоваться её процессинговым центром, «софтом», принимать платежи для её поставщиков услуг — операторов связи.

На данный момент самым крупным игроком в сфере платёжных систем в России является компания QIWI, окончательно оформившаяся после слияния системы «ОСМП» Андрея Романенко и системы E-port Бориса Кима в 2010 году. В августе 2014 года контроль над компанией получил бизнесмен Сергей Солонин инвестировавший когда-то еще в «ОСМП»: принадлежащая ему на 86% компания Saldivar Investments Limited стала владельцем 55,6% голосов в QIWI. При этом Солонин владеет 23% акций компании. PR-менеджер QIWI Ксения Васильева так объясняет схему работы со своими агентами-«терминальщиками»:

Денис Душнов, больше восьми лет работавший агентом QIWI, сейчас утверждает, что за простыми и лаконичными ответами скрывается продвинутый обнальный механизм, использующий существующие дыры в законодательстве и системе безопасности самой QIWI для того, чтобы и компания получала вполне реальную выгоду в виде процента с «обнала». По информации, предоставленной Душновым, платежной системой «курируются» две главные чёрные схемы, — в обеих ответственность QIWI четко ограничивается тем самым «транзитным счётом» в «Qiwi-банке». Всю «грязную» работу, и все услуги по обналу, в качестве юридического лица, в итоге предоставляет именно владелец терминала, потому что именно он имеет круглосуточный доступ к наличным, и именно у него имеются специальные прямые «шлюзы» для работы с платежной системой.

Как работает «терминальный обнал»

По первой, наиболее надёжной схеме, человек, заинтересованный в получении чёрной наличности, связывается с терминальщиком, и оплачивает ему несуществующие услуги по безналу. В обратную сторону отдаются наличные, которые владелец вытащил из терминала в течение дня, произведя инкассацию. Самое главное для терминальщика теперь — погасить задолженность перед платёжной системой, чтобы автомат снова включился и смог принимать платежи. Для этого полученная от заказчика обнала сумма спускается через каскад разных банковских счетов на тот самый транзитный счёт уже в «Qiwi-банке».

Конечная остановка всех денежных средств — платежная система QIWI, вернее, внутренний виртуальный счёт, по балансу которого терминальщик и следит за своим бизнесом. Поэтому для платежной системы ничего не стоит забрать с виртуального счёта никем, кроме неё не контролируемую, свою долю за «крышевание» обнальной схемы«, объясняет Душнов: «Транзитный счёт в „Qiwi-банке“ тесно связан с этим виртуальным счётом, но последний не контролируется никаким ЦБ или налоговой, поэтому 0,2%, которые QIWI железно берет с терминальщиков за проводимые ими обнальные услуги, вычитаются мгновенно из перевода с транзитного счёта — ты видишь, как ушла одна сумма, а на виртуальном счёте показывается другая, без 0,2%. Все это, разумеется, заранее обговаривается с особой группой посвященных представителей QIWI, которых всего человек сорок на всю Москву. На старте бизнеса контролировал выполнение терминальщиками условий непосредственно Илья Поляков, начальник службы безопасности QIWI», — заявляет бывший терминальщик Душнов.

Как работает обнал виртуальных кошельков

Вторая схема, о наличии которой заявляет коммерсант, более опасна для «терминальщиков», но и более выгодна для самой QIWI, поскольку в ней комиссия за обнал платёжной системой снимается с «Qiwi-кошельков» — точно таких же виртуальных пополняемых счетов, только уже для любого пользователя. Их платёжная система может сгенерировать в большом количестве. Фирма-заказчик обнала точно так же оплачивает терминальщику несуществующую услугу. Безнал раскидывается по этим «Qiwi-кошелькам». Терминальщики же снимают наличные через обыкновенные банкоматы, поскольку виртуальные кошельки позволяют переводить деньги на банковские счета, и даже снимать их напрямую, если такой кошелек интегрирован в систему Visa. Сервис «Qiwi-кошелёк» был введен компанией в 2008 году, ранее он назывался просто «Личным кабинетом».

«Схема работы с карточками QIWI и выводом средств через обычные банкоматы хороша тем, что через каждый этап этой схемы деньги проходят уже в белую, просто как перевод денежных средств, и комиссия с каждого этапа снимается белая, — за счет этого и обеспечивается быстрый рост компании, быстрый рост конкретно пользователей „Qiwi-кошелька“. Когда они объявляют о 15 миллионах пользователей у этого сервиса — это полная ерунда, потому что там половина счетов — фейки, через которые производится обнал. Я сам видел, как эти фейки создаются: вот есть у тебя кляйсер, как для монет. Туда ты вставляешь сим-карты, на каждую сим-карту у тебя зарегистрирован „Qiwi-кошелек“. У тебя есть специальный реестр в Excel. Этот реестр автоматически „всасывается“ макросом, — специальной программой, которая раскидывает по ним деньги. У тебя есть пачки карточек, на обороте каждой карточки у тебя начиркан её пин-код. Таких, как ты, ещё две тысячи человек, а у тебя на руках тысяча таких карточек. Вся работа в итоге заключается в том, чтобы ходить и методично снимать с них наличку. Комиссия за обнал платежной системе, кстати, часто отправлялась и просто на отдельные QIWI-кошельки, — по части этой комиссии главным был Саша, Александр Губанов. Сейчас в компании он менеджер по „випам“, крупным клиентам, знает всех крупных „шишек“», — рассказывает Денис Душнов.

До недавнего времени такие QIWI-кошельки можно было регистрировать в неограниченном количестве (у самого автора этого материала три таких кошелька), имея лишь достаточно мобильных телефонных номеров, — один кошелек регистрировался на один номер. Современное же законодательство, а именно федеральный закон «О национальной платежной системе», обязывает клиента вводить хотя бы паспортные данные. Это, однако, по последнему ноябрьскому исследованию Goldman Sachs, не мешает QIWI проглатывать абсолютно любые введённые символы и принимать их за действительные, без какой либо проверки. Душнов считает, что нежелание компании устранять дыру в системе безопасности свидетельствует о реальности проводимых ей чёрных схем.

Если бы такие обнальные схемы действительно были неуязвимы перед законодательством, это была бы сказочная афера. Парадокс заключается в том, что на практике ЦБ ставит платёжным системам вполне чёткие требования по типам банковских счетов, через которые она может рассчитываться со своими агентами: на транзитный счёт не должны поступать средства, которые могли быть внесены терминальщиком в систему по безналу. Такое условие рушит весь чёрный механизм, потому что наличные купюры обнальщик продал фирме-заказчику — у него их попросту нет. Однако на деле сколько-нибудь эффективный контроль за этим условием со стороны ЦБ невозможен: только по банковским счетам редко удается поймать подозрительные переводы, которые «тонут» и «замыливаются» в общем обороте транзитного счета — чем крупнее сеть терминалов, тем сложнее отследить мошенничество, объясняет Душнов.

«Миллионы таких компаний, миллионы миллионов счетов, нет ни одного компьютера, который бы все их смог найти и составить реестр „снизу“. Причём такие компании, нуждающиеся в обнале — они даже сами никого не ищут, их найдут. Нужные люди, агенты платёжных систем, терминальщики их найдут: к каждой такой компании там очередь из желающих „помочь решить проблемы“, они еще торгуются между собой. У коммерсанта солидный выбор, он, условно говоря, сравнивает тарифы, выбирает, с кем работать, с кем не работать. Этот идиот, этот грубит, этот на час опоздал. Так всегда было, просто схемы с использованием терминалов от этого обнального бизнеса откосили себе треть».

Получается, что раскрыть всю обнальную схему возможно, только если начать пристрастное расследование «с верху» и потребовать от платёжной системы данные по счетам всех своих агентов, а после «пробивать» каждого такого агента-терминальщика и смотреть другие открытые им банковские счета, среди которых обнаружатся и зарегистрированные для фейковых услуг. Депутат Госдумы прошлого созыва Павел Медведев, на протяжении многих лет продавливавший на федеральном уровне поправки о правовом урегулировании деятельности платежных систем, так описывает современные условия работы терминальных обнальщиков:

Как отличить обнальный терминал

«Я чёрный терминал могу выявить за полсекунды, весь телефон забит фотографиями этих ящиков, — рассказывает Душнов о своих методах, — если на нём крупно написано „комиссия 0%“, он точно „левый“. Потому что иначе он бы там не простоял и дня. Работая „в белую“, никак не получится компенсировать все затраты на техническое обслуживание и аренду места для такого терминала, который комиссию не берёт».

Действительно, конъюнктура терминального рынка такова, что сама точка недвижимости, которую арендует владелец терминала, например, в магазине, — чуть ли не главное, за что конкурируют разные фирмы в этой сфере. У честного предпринимателя, добившегося того, чтобы поставить свой автомат в «хлебном» месте, аренда будет съедать практически всю выгоду, выводя бизнес за грань рентабельности. Немалую головную боль принесли и сами поставщики услуг, в лице мобильных операторов, политика которых по снижению собственной комиссии для клиентов тоже уменьшила итоговый доход с одной точки, рассказывает Душнов:

«Раньше ведь небольшие проценты комиссии были у самих автоматов, ещё не было вот этих нынешних 10%. Он появились, потому что мобильные операторы, — МТС, „Билайн“, „Мегафон“, — снизили собственную комиссию практически до нуля. Ты им ещё доплачиваешь за то что ты, как владелец терминала, принимаешь в пользование их платежи, в чем и нонсенс всего рынка. Мобильные операторы, по существу, сами сделали так, что предприниматели-терминальщики, проводящие их платежи, вынуждены заниматься всей этой обнальной ерундой, потому что если оператор не берёт со своих клиентов комиссию при зачислении, — владельцам терминалов никто за это не заплатит. Рентабельность бизнеса выходит в копейки».

Вопреки распространенному мнению, QIWI — далеко не первая платёжная система, пусть и самая крупная по оборотам на данный момент, и уж точно не первая компания, предоставившая свои услуги через терминал, хотя у QIWI их больше всего. Сама идея уличного автомата для микроплатежей принадлежит основателю компании «Элекснет» Юрию Мальцеву. Первый терминал «Элекснет» поставил еще в далеком 2001-м году, задолго до появления самого бренда QIWI. Душнов же, являвшийся некогда агентом QIWI, то есть прямым конкурентом «Элекснету» более восьми лет, сейчас приводит стратегию этой компании в пример, как «кристально честную». Через защитные механизмы именно «элекснетовских» терминалов он рассказывает о других отличительных чертах обнальных машин:

«Берём чек, который автомат обязательно должен выдавать. Если у терминальщика всё в порядке, на этом чеке должны быть написаны все реквизиты: указан настоящий телефон владельца, телефон технической поддержки, и всё должно без труда прозваниваться. Должен быть указан ИНН, который легко пробьётся в реестре и будет соответствовать указанному в терминале имени владельца. Фискальная регистрация должна обязательно существовать.

Но ведь 70% терминалов не выдают чеки в принципе, потому что терминальщикам в них светиться не выгодно. Вот „Элекснет“ будет выдавать чеки всегда. Терминал выключится, если чека не будет. Это простейшая автоматическая система, которая у них стоит: если лента закончилась, и техническое обслуживание тут же не было произведено, — он не будет платежи вообще принимать. Зажевало чек — он не будет деньги принимать. Если нет у терминала стопроцентного онлайна с платежной системой — он не будет деньги принимать. У QIWI же оффлайновая система. Терминал будет жрать сколько надо, потом подключится и всё выплюнет. При этом, по их же системе, которой они гордятся, если на счету агента не будет достаточно денег, автомат тоже выключится автоматически — и все платежи, до этого момента внесенные людьми в автомат, повиснут, а наличка с них будет лежать в ящике терминала. Даже из тех денег, которые по какой угодно причине терминал зажёвывает в себя, принимая платеж, которого клиент в итоге не дожидается, обнальщики получают солидную долю банкнот, используемых потом в чёрных схемах. Вы понимаете, что так провисает в день, в одной Москве, несколько миллионов рублей? Никто не задумывается даже о том, что это целая социальная проблема, которую компания методично использует себе на руку».

«Отец-основатель» терминального бизнеса в России Юрий Мальцев, создавший компанию «Элекснет», публикацию фактов работы обнальных схем назвал делом «правильным», но отказался давать какие-либо комментарии, заявив, что «Элекснет» с конкурентами не воюет.

Как строилась монополия

В среде терминальщиков давно существует вполне устоявшееся, но голословное мнение о покровительстве QIWI со стороны силовых структур. Однако даже открыто свидетельствовать об этом согласны немногие, заявляет Душнов, ссылаясь на тяжесть инкриминируемого ему самому преступления:

«Как вы себе это представляете? Вот есть куча преступников с точки зрения государства: 150 сотрудников непосредственно QIWI, которые знают, что происходит, две тысячи агентов, у некоторых из них, допустим, есть ещё по одному доверенному лицу, — приблизительно это „преступное сообщество“ можно оценить в три тысячи человек на всю страну. И всех могут взять по 210-й, 172-й статьям — это до 20 лет лишения свободы. Вот кому захочется что-то говорить? Все, с кем мы начинали, все работают до сих пор, я один всё это рассказываю. Мне даже мои бывшие партнеры, уже отсидев, пишут: „Зачем ты всё это делаешь?“, — то есть они вернулись обратно».

Тем не менее, Душнов утверждает, что помощь силовиков ощущалась с самого возникновения бизнеса QIWI: «Они быстро создали на рынке такую ситуацию, что практически невозможно было работать ни с кем, кроме них, и монополистами стали по обнальным схемам на терминалах, потому что всех остальных силовики гоняли, а их не трогали. Все чёрные терминальщики постепенно поняли, что безопасно будет только под QIWI. Вот знаете, бывает, делают в загонах для овец такую штуку — электро-пастух, проволоку по периметру натягивают. Вот такая же проволока была натянута: ты тыкаешься в Cyberplat (еще одна платёжная система времен раннего терминального рынка, — ред.) — тебя хлопают по носу. Инстинкт самосохранения сразу срабатывает. В другую платежную систему попробуешь — опять получаешь по носу. Так постепенно ты и приходишь к QIWI. Попыток-то много было, но все в итоге „током шарахались“: то к тебе менты приходят, и надо им платить, то с проверками какими-нибудь — и ты сам начинаешь осознавать, что работая с QIWI ничего подобного не было, никто не приходил».

Впрочем, кроме личного свидетельства Душнова, имеются и еще два косвенных доказательства, если не партнёрства, то близости QIWI к структурам МВД. Жена небезызвестного генерала Сугробова, проходящего обвиняемым по резонансному делу «о коррупции в ГУЭБиПК», по её собственному признанию, какое-то время работала юристом в компании, а руководство QIWI и вовсе «засветилось» среди присутствующих на похоронах заместителя главы ГУЭБиПК Бориса Колесникова, выбросившегося из окна здания Следственного комитета прямо во время допроса.

Эти факты привлекли к компании QIWI и делу Душнова внимание правозащитников, которые давно следят за развитем и расследованием дела ГУЭБиПК:

Как заказывалось правосудие

Интересно выглядит реакция следствия на слова, письма и поступки коммерсанта во время его пребывания в СИЗО и после досрочного освобождения.

За полтора года содержания под стражей Душнов написал множество ходатайств и обращений, как в адрес генерального прокурора Юрия Чайки и главы Министерства внутренних дел Владимира Колокольцева, так и в адрес депутата Ирины Яровой, директора ФСБ Бортникова и даже Владимира Путина. В этих текстах Душнов рассказывает об обстоятельствах, предшествовавших аресту: в конце 2012 года за компанией ООО «Терминал-Сервис» числилось порядка 2500 терминалов, обслуживающих платежную систему QIWI. Желая выйти из сферы влияния корпорации, Душнов начал перекупать другие терминалы, планируя разорвать со «ОСМП» договор и основать собственную платёжную систему.

Именно в момент заключения одного из контрактов на куплю-продажу всем участникам сделки последовательно поступает звонок от уже упоминаемого начальника службы безопасности QIWI Ильи Полякова. Поляков дает понять, что если Душнов не поменяет планы, им «займётся генерал Сугробов», и даже называет точную дату ареста — 27 февраля 2013 года. Именно в этот день и были арестованы сотрудники «Терминал-Сервис». В решении Мосгорсуда наличие прослушки с телефона Душнова упоминается совершенно прямо, но на все просьбы коммерсанта расшифровать телефонные разговоры, из которых стала бы ясна причастность QIWI, следствие отвечает отказом.

По словам Душнова, задолженность, возникшую у него перед компанией «по чисто экономическим причинам», Денис пытался погасить, находясь уже непосредственно в СИЗО: «Когда у нашей компании активов было на полмиллиарда рублей, говорить о задолженности в 18 миллионов глупо. Я написал несколько ходатайств и суду и следствию о том, чтобы передать часть активов в распоряжение моей жене и расплатиться через них с долгами перед QIWI. Все ходатайства были отклонены».

Точно таким же отказом отвечает суд и на просьбу Душнова арестовать имущество его компании, находящееся на улице: коммерсант намеренно «сдаёт» несколько своих терминалов, чтобы те не были захвачены его конкурентами. Уже после освобождения в августе 2014 года Душнов понимает, что все его точки теперь принадлежат неизвестным ему терминальщикам, по-прежнему обслуживающим платёжную систему QIWI.

Владимир Осечкин так отзывается о сохранившемся косвенном влиянии бывшего главы ГУЭБиПК генерала Сугробова на «фабрикованные» им дела:

После своего ареста, Сугробов делает громкий поступок, сильно всколыхнувший общественное мнение, и заставивший многих наклеить на него ярлык политзаключенного. Бывший генерал пишет открытое письмо на имя президента, где объявляет, что его заключение связано с раскрытием крупной обнальной схемы «Мастер-Банка», всегда проводимой им качественной и честной работой по расследованию фактов коррупции. Коммерсант Душнов считает, что если Сугробов и сказал правду, то точно не всю:

«Если Сугробов руководствовался интересами общества и государства — почему тогда из терминальщиков посадили только меня? Может с точки зрения механизма правосудия он всё и правильно делал, но только каждое его действие в результате только повышало ценник за услуги обнала на этом рынке, повышало комиссию, а значит лоббировало интересы QIWI и обнальщиков. Чтобы всколыхнуть рынок, достаточно было бы даже пяти таких посадок агентов QIWI, вроде меня — вот тогда все бы занервничали и вся схема даже начала бы рушиться, потому что клиенты — и банки, и другие платежные системы, — начали бы от QIWI уходить, захотели бы „обелиться“. Но этого же не делалось, никому это оказалось не нужно, и Сугробову тоже.

Пока его не посадили, никто и слушать меня не хотел, всем было плевать на мои письма из СИЗО. А как посадили — через полгода я вышел. Вы понимаете, что меня обвиняют по 210-й и 172-й статьям? Таких людей нет в стране сейчас: мне по фабрикованному делу от 12 до 20 лет срока светит. По криминальной иерархии у меня был бы высший ранг бандитского преступного сообщества, „руководителя и создателя“! Да меня на цепи нужно было бы держать, в ошейнике. А сижу в кафешке в центре Москвы, — потому что всем было ясно, что у ГУЭБ ЦФО, которое нас сажало, рыльце в пушку, и их поэтому в итоге и расформировали».

По данным источников Практика, близких к силовым кругам, все коррупционные и обнальные схемы, курируемые ранее «организованной преступной группировкой» ГУЭБиПК при МВД, теперь перешли под непосредственный контроль Федеральной службы безопасности.

Денис Душнов не спешит с подобными выводами, и дает правоохранительной системе время на то, чтобы она «доказала свою добропорядочность»: «И если через три месяца QIWI еще будет монополистом, при всем том, что я делаю, что рассказываю, что писал следователям и Бортникову, — я просто плакаты буду по Москве ходить и разбрасывать с этими обнальными схемами и вопросом: «Куда смотрят МВД и ФСБ?».

  • Автор статьи: Екатерина Волкова
  • Просмотров: 3256

Оставить комментарий

  • Напишите нам
  • Контакты
  • Медиакит
  • Пользовательское соглашение
  • Свидетельство ЭЛ № ФС 77 — 70842

Все права на картинки и тексты принадлежат их авторам.