Бизнес разрабатывает схемы нарушения законов, иногда даже не маскируя их», – юрист

«Бизнес разрабатывает схемы нарушения законов, иногда даже не маскируя их», – юрист

Бизнес и уголовное право в 2017 году

В рамках недавнего выступления бизнес-омбудсмена Бориса Титова. состоявшегося в Екатеринбурге, прозвучало два тезиса, которые являются основополагающими для регулирования сферы взаимоотношений правоохранительных структур и бизнеса.

Титов отметил следующее:

– Помогаем мы далеко не всем, так как многие обращения слабо юридически обоснованы. То есть предприниматели сами не знают законы, нарушают их, а потом просят помощи у нас, даже не зная толком, о чем они просят.

Второй тезис касался уже «правды бизнеса»:

– Надо признавать, что иногда бизнес действительно нарушает закон. Так что с одной стороны нам надо защищать честных бизнесменов и делать так, чтобы закон применялся по отношению к ним справедливо. А с другой стороны, надо еще, чтобы для этих честных бизнесменов не было конкуренции со стороны мошенников.

Работая с экономическими преступлениями уже 17 лет, мы тоже наблюдаем модель взаимных претензий бизнеса и государства в этой сфере «экономических преступлений»: бизнес разрабатывает схемы нарушения законов, иногда даже не маскируя их. а правоохранители создают методики выявления таких схем и с удовольствием привлекают бизнес к ответственности. Почему с удовольствием? Потому что участие силовиков в изъятии или вовлеченности в бизнес напрямую зависит от имеющихся рычагов воздействия. Что будет в 2017 году? Будет интересно, так как в 2016 году государство проявило крайне высокую активность по двум тематическим направлениям:

· установлению нового режима регулирования преступлений в сфере экономики;

· реализации новых алгоритмов привлечения к ответственности за уже известные действия в сфере предпринимательства.

За 2016 год изменения в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы в части регулирования квалификации и ответственности за криминальное ведение предпринимательской деятельности вносились пять раз. Не сильно отстал в этом отношении и Верховный суд РФ, трижды разъяснивший, как применять новое уголовное и процессуальное право при оценке экономических преступлений.

Наконец-то сформировалось легальное определение понятия «экономические преступления» и провозгласились правила. заключать под стражу за экономические преступления нельзя, а если бизнес готов возместить ущерб государству, то возбужденные дела нужно прекращать. Как эти правила будут действовать на деле – пока неизвестно, это новый тренд в государственной политике, однако практика возбуждения уголовных дел в отношении бизнеса и ареста предпринимателей изменилась несильно.

Интересны, на наш взгляд, изменения в законе «О присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок», а также установление порядка изъятия и признания предметов и документов доказательствами, при ведении следствия по уголовным делам о преступлениях в сфере экономики. Теоретически, бизнес не должен оказаться в ситуации «блокирования» финансово-хозяйственной деятельности, если умеет пользоваться своими процессуальными правами. Но за счет огромного массива изменений предприниматели не успевают осознать и применить на практике свои новые права, да и не все правовые консультанты могут быстро «перестроить» схемы защиты своих доверителей.

Положительным моментом для бизнеса стало и то, что с 2017 года незаконное уголовное преследование предпринимателей со стороны правоохранительных органов наказывается безальтернативным лишением свободы от 5 до 10 лет. Соответствующие поправки в декабре 2016 года были внесены в статью 299 Уголовного кодекса, установившую специальный состав за уголовное преследование заведомо невиновного в целях воспрепятствования предпринимательству или прекращения существования бизнеса.

Заканчивая о «хорошем» в уголовном регулировании, перейдем к практической, «плохой», части для бизнеса. Предоставление следственным органам права возбуждения уголовных дел без предварительных налоговых проверок дало возможность привлечения к ответственности по налогам, неуплаченным в пределах 10 лет от момента возбуждения уголовного дела. Пока такая практика есть в Москве и Санкт-Петеребурге, но ведь Россия не заканчивается там.

Изменились методики привлечения к уголовной ответственности при«обналичивании» и коммерческом подкупе. Эти известные всему бизнесу действия считаются чем-то «обыденным», но, перейдя в статус подозреваемого или же обвиняемого, не каждый предприниматель сразу знает о «коварстве последствий» собственного участия в таких действиях.

Начнем с коммерческого подкупа. В том же 2016 году в Уголовном кодексе была изменена статья 204 и добавлена новая (204.1), предусматривающая посредничество в коммерческом подкупе, а равно – обещание или предложение посредничества в коммерческом подкупе. Учитывая, что большинство тендеров проводят компании с государственным участием в капитале (Транснефть, Роснефть, Газпром, Почта России и т.п.), всегда существует соблазн обеспечения комфортных условий закупки или признания победителем торгов «своей» компании. Однако стоит понимать, что участие государственных денег в экономике всегда отслеживается УФСБ РФ.

Бизнес, памятуя о том, что лицо, совершившее преступление по ст.204 и 204.1 УК РФ, освобождается от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию либо добровольно сообщило о своем действии, охотно «делится» со следствием всеми нюансами при переговорах, пишет явки с повинной и указывает в качестве виновников менеджеров государственных компаний. Точно так же поступают и менеджеры компаний, указывая на виновность представителей бизнеса.

При этом бизнес, точнее конкретные лица, не учитывают того, что, избегая (вероятно) личной уголовной ответственности, они подставляют под удар предприятие, которое подпадает под административную ответственность. предусмотренную ст.19.28 КоАП (незаконное вознаграждение от имени юридического лица). Бизнесмены, обещая за посредничество или за создание условий для незаконных действий суммы «благодарности» от нуля до 20 миллионов, не знают, что размер ответственности их компании составит до 100 миллионов рублей. При этом не обязательно передать эти суммы второй стороне, достаточно просто пообещать это, к примеру, в телефонных разговорах. В ходе допросов бизнесмен, как правило, прибегает к следующей форме защиты: «Мы не собирались никому ничего отдавать, потому что знали, что это уголовная ответственность, но почему бы и не воспользоваться таким предложением, если отдавать что-либо не планировалось?».

При выборе такой позиции защиты руководителей компании скорее всего освободят от уголовной ответственности, а вот сам бизнес от большого штрафа – нет.

Вторым направлением претензий силовиков является использование «обнала» бизнесом. Не только в России, но и во всем мире востребованы деньги, сокрытые от налогообложения или не имеющие явного источника происхождения. Это суровая проза жизни. Поэтому примерно с 2015 года правоохранители стали выполнять государственный заказ на криминализацию действий обналичивающих компаний и участников этих схем.

С нашей точки зрения, состав преступления в структуре действий по «обналичиванию» был найден государством весьма изящно. Выглядит сейчас это таким образом: снятие наличных денег со счета юридического лица на постоянной основе является операцией инкассирования. Инкассирование – это законодательно закрепленный вид банковской деятельности, требующей обязательного лицензирования. Соответственно, любое лицо, постоянно снимающее деньги, поступившие на расчетный счет «обнальной конторы», выполняет состав преступления, предусмотренный ст.172 УК РФ – незаконная банковская деятельность, а при передаче их другому лицу – 174.1 УК РФ – легализация для себя. Полученные в таком формате деньги приобретают статус добытых преступным путем, а бизнес, получающий их в результате «обналичивания», выполняет состав преступления ст.174 УК РФ (собственная легализация преступных средств).

Именно поэтому налоговые органы (да и арбитражный суд) уже не обращают внимания на доводы налогоплательщиков о своей правомерной финансово-хозяйственной деятельности, если контрагентом является «обналичивающая компания». Последствия доначисления налогов от работы с фирмами-«однодневками», либо с обналичивающими компаниями известны любому бизнесмену. Не всем известно, что для тех, кто создает схемы «обналичивания», в 2016 году появились первые приговоры по совокупности статей 172 и 210 УК РФ (организация преступного сообщества), с добавлением ст.173.1 или 173.2 УК – создание или приобретение компаний с «подставными» участниками или руководителями.

Такой широкий спектр уголовных составов дает возможность возбуждать уголовные дела в отношении руководителей любого бизнеса, использующего «теневой» спектр. И именно поэтому, желая защищать свой бизнес, необходимо знать свои права и риски, а также уметь спрогнозировать и взвесить последствия рисков от незаконного или полулегального ведения бизнеса. Любое управленческое решение должно быть рассчитано с учетом того, что правоохранительные органы тоже находятся внутри России и понимают не хуже нас с вами, как строится бизнес.

Автор: Юлия Катковская